Легенды Ануэ. Охота на дракона - Максим Ветров

был странным парнем, не все его решения можно просто объяснить, – неопределенно ответил Рэн. – Может, действительно прятал в гробнице секреты, которые открывались только достойным. А достойность проверяли его иллюзии. Может, хотел дать возможность авантюристам подготовиться к тяжелой жизни. А может, просто оставлял в памятных местах свою граффити на стенах. А та уже, лучась своей крутостью и эо Кида, превращалась в нечто такое, что теперь называют Гробницами Секретов. Я точно знаю, что гробницами их назвали в честь тех пещер, в которых команда Кида находила свои первые артефакты и энчины. Они путешествовали по мирам некогда богатой культуры людей вроде энтэссеров. Те тоже умели по-своему пользоваться артефактами и передавали их силу и знания из поколения в поколение. Этих кудесников хоронили вместе с прервавшимися родами в гробницах. Друзья Кида разорили немало из них в поисках сил. Но сам Кид в итоге превзошел в мародерстве предшественников и ограбил двенадцать гробниц высших родов в Обсидиановом Городе Эха. И никто из последних представителей этих родов не смог его остановить.

На палубе снова воцарилось молчание. Джейт сглотнул, вспомнив слова Рэна, что станция была сбита некоторое время спустя после трагедии в Обсидиановом Городе. Только сейчас парень осознал, как близко подлетает к истории, еще не тронутой за десятки лет ни историками, ни сталкерами. Сойер тоже прибывал в напряженном благоговейном молчании. Только Рэну явно было не по себе. Он хмурился и постоянно нетерпеливо оглядывался, вздыхая и проверяя свой обвисший на перевязке протез. Эрния, выглянувшая из внутренних помещений, тут же нарушила тишину звонким щелканьем своего фотоаппарата.

– Надо спешить, – нетерпеливо проворчал Рэн. – Времени у нас в обрез. Нам надо еще нагнать Мясника и Наар-Киза. И убежать от мобилизующегося Альянса с этим двуликим клоуном. Ладно. Джейт, приземляйся вон на ту поверхность, – он указал рукой на выделяющиеся причальные платформы более-менее уцелевшего ангара у подножия перекошенной башни. – Я пойду внутрь и постараюсь отыскать гробницу. А вы стерегите корабль и держите защитное поле. Не хватало еще подцепить радиации Альтарионом. Джейт, ты держишь щит. Сойер, стоишь на страже и отстреливаешь все, что приблизится, кроме меня.

– Ок, Рэн, – тут же без запинок отозвался Джейт.

– Не пойдет. Я иду с тобой! – Сойер решительно поднялся, заряжая под тогой ружье. – Джейт был в гробнице, ты был в них дважды…

– Трижды, – небрежно поправил Рэн.

– Ты был в них трижды! – Сойер уже повысил голос. – А я еще ни разу. Я тоже хочу узнать, что ждет меня в гробнице. Мы ведь команда, нет?

– Конечно, друг! Команда. И ты имеешь права делать все, что считаешь нужным. И Джейт, думаю, не против, верно? – Рэн на миг оторвался от приближающегося массива станции, чтобы выразительно глянуть на друзей. – Тогда Джейт, тебе одному придется держать корабль до нашего возвращения.

– Думаю, это не вызовет проблем, – Джейт легонько повернул штурвал, вводя Альтарион во тьму ангара. – Ведь по идее отстреливаться мне ни от кого и не придется, верно?

Несмотря на полное отсутствие признаков жизни, темнота широкого ангара внушала животный страх. Лунный свет еще какое-то время отражался от белого корпуса глайдера и вскользь прошелся по разбитым контейнерам и ящикам, обильно засеивающим пол ангара. В стенах зияли черные дыры и провалы, соединенные сетью резких трещин. Из многих компьютеров и некогда светящихся панелей по стенам железными слезами стекало их переплавленное содержимое. Очевидно, большая часть электроники была выжжена при падении станции.

Углубившись во тьму, Джейт вынужден был ориентироваться только на зеленоватое свечение тепловекторных двигателей и алые отсветы своего плаща. Довольно длительное время он пытался вглядываться в слабоватые зеленые блики, отмечающие во тьме обломки ангара, обрушившийся местами потолок и пробитые внутренними креплениями стены.

Вскоре из мрака выступили огромные комплексы подготовки истребителей, напоминающие крепления для прожекторов в концертных залах. Прямо под ними среди прочего хаоса лежал разбитый штурмовой истребитель. В разорванной кабине блеснул шлем мертвого пилота.

– Вон туда! – громкий возглас Рэна нарушил гробовую тишину. У одной из стен он заметил вход внутрь станции. – Паркуйся, а мы с Сойером погуляем внутри. Не забывай поддерживать щит! А самое главное, не вздумай улетать без меня!

– Без твоего тела… – проворчал Сойер.

Когда Альтарион замер у платформы, Джейт тут же углубился в борт-компьютер, чтобы рассчитать соотношение энергии и охладителей. Это могло порядочно отвлечь его от разглядывания темноты в поисках чего-нибудь несуразного. Рэн с Сойером же сошли на площадку. Эрния поспешила за ними, но хозяин остановил девочку уверенным жестом.

– Нет, Эрния. Ты оставайся тут. Можешь Джейта пофотографировать, можешь порисовать что-нибудь, но с корабля не сходи! – предупредил ее Рэн. Девочка грустно кивнула. – В гробнице ты мне все равно никак не поможешь, а использоваться свой любимый меч для разборки завалов я не могу – это не культурно.

Подмигнув ей, Однорукий двинулся к двери и щелчком пальцев выбил ее мимолетным констрактом. Сойер молча двинулся следом. Во внутренних коридорах царила тьма, но ориентироваться в ней помогла зажженная Рэном искра. Она летающим огоньком двигалась над плечом хозяина. Сойер, не долго думая, создал такую же и нагнал спутника.

– Ты хотя бы представляешь, где примерно может находиться гробница? – неуверенно начал Сойер, вместе с Рэном наклоняясь, чтобы пройти под обрушившимся потолком узкого коридора.

– Да. Уверен, она где-то в центре. Примерно на уровне земли. Может быть, общий зал или что-то вроде того. Ты же видел, как Кид устраивает свои гробницы. Это обязательно должно быть что-то видное, впечатляющее. Как в Гильдии Искателей.

– Ты собираешься вернуть дееспособность своему протезу, посетив ее? А просто так она не восстанавливается? Это же… вроде как, просто механизм?

– Ну, это не самый простой механизм. И поверь, отверткой его не починить, если сломалось что-то в сознании…

Рэн бодро поднялся по перекошенной лестнице, и оказался в длинном коридоре со множеством входов в отдельные помещения. Взбитый волнами пол был завален трупами людей в черных доспехах и тонких штатных формах.

– В общем, это вопрос моральных винтиков, – чуть погодя продолжил мужчина.

– Послушай, – Сойер не отставал от Рэна, хмуро разглядывая следы давних битв под ногами, – Эйн сделала меня хранителем некоторых секретов…

– Разумеется! Я так и думал, что она посвятит тебя в определенные тайны. Чтобы проверить, как ты умеешь хранить секреты.

– Так вот. Я думаю… мне стоит тебе сказать. Что… – Сойер замялся, внимательно вглядевшись в зеркальное забрало шлема одного из лежащих перед ним бойцов, – что твой протез…

– Это рука Хроноса? Я знаю! – легкомысленно отозвался Рэн, на секунду повернувшись к ошарашенному спутнику. – Кид сказал мне, когда поставил эту штуку. Не сразу, конечно. Чуть позже. Но рассказал все – у настоящих друзей ведь нет секретов друг от друга. Так что я в курсе.

– Но… но, – похоже, от удивления парень потерял ход мыслей, и на секунду даже дар речи. – То есть ты все это время знал?! И не пользовался его силой?! Ты так спокойно носишь на себе частицу самого темного существа последних десятилетий, даже не думая, как это… опасно?

В ответ на вопросы юноши Рэн ухмыльнулся и сбавил скорость. Через пару секунд они остановились на просторном перекрестке двух широких коридоров.

– Опасно? Представь себе, нет. Я не думаю, что этот подарок Кида опасен для меня или для окружающих. Нет, конечно, когда я первый раз услышал о том, что Кид на меня повесил, я подумал, что он все еще злится на меня за то, что я так необдуманно напал на его семью, и это – самое страшное его наказание…

Мужчина с неловкой улыбкой опустил взгляд вниз, на свисающий на перевязке неподвижный протез.

– Но со временем я понял, что это было не наказание. Но доверие. Понимаешь? Хронос был его злейшим врагом. Эриадным разумом, который мог существовать в привязке к своему ненастоящему телу. И через любую часть тела могла проявиться его сущность. Кид сам мне